Конец первого месяца весны 2020. Москва, последние глотки свободы

«ЧЕРЕЗ ПРОПАСТЬ ПО ВЕРЕВОЧНОМУ МОСТИКУ
МОЖНО ПЕРЕБРАТЬСЯ,
ЕСЛИ ЧЕТКО ВИДИШЬ ДРУГОЙ БЕРЕГ,
А ЕСЛИ ОН ТОНЕТ В ТУМАНЕ,
ПРИХОДИТСЯ СМОТРЕТЬ ПОД НОГИ,
ЧТО ЧРЕВАТО ГОЛОВОКРУЖЕНИЕМ И ПАДЕНИЕМ В БЕЗДНУ».

Долго думала, публиковать или нет хронику изоляции, но, наверное, стоит, потому что мир в любом случае уже не будет прежним, и пока одинокие прогулки не противозаконны…

Москва пустела последние две недели, поражая необъятностью безлюдного пространства, и было в ней не только что-то величественное, освобожденное от вечно клубящихся толп, но и щемяще покинутое, тоскливое… как хрупкая фигурка на зигзаге моста парка Зарядье накануне закрытия.
Пустое метро – почти до центральных станций, в глазах у редких забегающих-выбегающих тревога, и только слепой нищий ползает из вагона в вагон, протягивая руки в воздух…
Красная площадь, погруженная во тьму, как в вечный День Земли, только диких медведей на ней не хватает…

Магазин «Точка любви» и курящая плачущая продавщица на входе… Не приведет самоизоляция к рождаемости, только повысит число разводов, запертые друг в друге люди в большинстве своем не выдерживают тест на терпимость…
В «Ароматном мире» закупают алкоголь чуть ли не ящиками…

Набережные Москвы превратили в родео-драйв, байкеры и водители скоростных иномарок несутся почти под двести, будто им глаза завязали, а в попу перцем выстрелили, один при мне чуть в реку не улетел. Для них это рай: Москва без ненавистных пешеходов. Надеюсь, в будни все уже получили свои штрафы и сбросили скорость: камеры до сих пор работают и светофоры – тоже! Не сбивайте курьеров!

На Чистых прудах вода как зеркало, и над ней тихо обнялись влюбленные. Ромео с Юго-Запада и Джульетта с Северо-Востока, преодолев все препятствия, наконец, встретились в реальности, живые прикосновения вместо бесчувственных эмодзи.
Захотелось пересмотреть кинофильм «Последняя любовь на Земле» (Perfect Sense), там прекрасная была фраза о том, что запахи – это воспоминания, и когда утрачиваешь обоняние, то лишаешься прошлого. Я запомню запах благоухающей весны над парками и садами…

И одинокую песню последнего героя – никогда еще уличные музыканты не пели так прекрасно. Навстречу ему, потрясая кулаками и шатаясь от бордюра до бордюра, шел пьяный мужик: «Я те щас покажу глаза из синего льда, сам уснешь у меня на руках, сказали всем дома сидеть!» – вот такие типажи и ждут нас в ближайшее время, в магазинах уже начались дневные пьянки и драки…

Кажется, скоро реальность будет напоминать игру «Сталкер», а в играх мы будем выращивать виноградники на Средиземноморье.
Повсюду публикуют кадры безлюдных городов:
Пустой мир REUTERS – solitary scenes >>>
Москва – РБК фоторепортаж >>>
Чем-то они мне напоминают кадры ледяных дождей: живой мир, замороженный в капсуле.  И хочется спросить: а чем смерть отличается от погребения заживо?


Сегодня закрыли мой любимый Митинский парк.
Гуляла в лесу: обезумевшие от счастья без людей белки и зайцы скачут по тропинкам. Из тех, кто летает по безлюдью, вроде меня: бегун и бабушка с детками. Примерно в двух километрах от цивилизации посреди леса – неопечатанная детская площадка, где грустные детки лепят грязевика (на помощь властям зима вернулась): бабушка с тростью дохромала, привела их, чего только ради внуков не сделаешь. А лес на самом деле с соблюдением всех правил изоляции: вокруг ни души. Впрочем, уединение и есть настоящая свобода.

И снега-снега-снега за окнами, вот уж когда впору молиться: пусть эта Сибирь простоит до конца карантина! Не приходи, весна, невозможно же будет удержать себя на балконе, и в 100 метрах от дома – тоже.

По утрам пью кофе и читаю рассылки экспертных медиа из разных областей:
«Люди перестали смотреть видеоканалы и слушать подкасты, зато массово кинулись заводить свои».
Хотелось бы надеяться, что изоляция добьет конкуренцией инфобизнес. Всех этих продавцов счастья и жриц ковра с немытыми головами #невыходиизкомнаты#личнаязона#какжить#мояонлайншкола.
В ближайшие месяцы нахлебаемся онлайна по самое не хочу. Так что пришло время «достать чернил», и чтоб не плакать, взять лист бумаги, разделить на две части: слева написать «что умею делать», справа «как это реализовать в реальном мире» (так и мое агентство, к слову, родилось, и книги мы даже в кризис выпускаем, типография работает изолированно по спецпропускам).
Истерия началась даже среди умных, читала сегодня на Executive топ-управленцев с двумя высшими образованиями и сотней людей в подчинении: «биологическое оружие, население запрут, лишат свободы и средств к существованию, а потом загонят в военные лагеря работать за харчи» …

И только книжные ресурсы дают грамотные советы: читать вдумчиво.
Да, наконец, осилить Кафку, Джойса, Пруста, Музиля…
Мне вспомнилось в связи с этим, как меня спасла книга «Волшебная гора» Томаса Манна: была зима, которую боялась не осилить, но прожила ее в книге. Я тогда всерьез думала, что через пропасть по веревочному мостику можно перебраться, если четко видишь другой берег, а если он тонет в тумане, приходится смотреть под ноги, что чревато головокружением и падением в бездну. И можно было бы позлорадствовать, что теперь не ты одна, а весь мир утратил неуязвимость и горизонты, и живет смертником в предчувствии катастрофы, но не буду. Хотя смертность от сердечных приступов, инсультов, онкологии, ВИЧ, туберкулеза – и даже кори – в мире по-прежнему в разы выше, чем от пресловутой короны.
А если взглянуть на счетчик населения Земли, то мы вполне себе бодренько прирастаем (почти 8 миллиардов), даже нежно любимая «вымирающая» Италия.

Не паникуйте, друзья, прорвемся, «конец света» не может длиться бесконечно)))
Держите дистанцию, ходите в магазины вечером (пенсионеры просыпаются рано) и откажитесь в их пользу от лифта, если невысоко живете.

 


Еще о пустырях и прошлом парка Зарядье:  

… «Я исследую уничтожение. С балкона заколоченной церкви на Варварке открывается вид на бывшую гостиницу «Россия»: пустырь окружают берёзки и купола церквей, звёздный шпиль Балчуга, заводские трубы над Москвой-рекой, стеклянные силуэты высоток. Над пустырём парит крысолов-сокол. Как будто смотрю в лицо России.
Наш мир подчиняется закону необратимости. Если стена дома треснула, то сколь её ни замазывай, дом больше не монолитный, рухнет в любой момент. Жить в Москве – как вернуться с войны: стройка поверх руин.
Ты спрашивал в письмах: какая она, Москва?  Я правда не знаю, никто её не сберёг, исторический центр перекроили весь, перестроили. Может, в этом её характер, вечно молодящаяся ничья жена?
Ты сразу почувствовал, как мы с ней похожи. Москва – город приезжих, сюда каждый привозит свою историю и, как писателя персонажи, на время наполняет собой, своими традициями и смыслом. Город-магнит, барахолка истории, где всё свалено в кучу, но невозможно что-то найти. Город-зеркало, чьи обитатели вынуждены носить маскарадные маски, чтобы хоть как-то себя сохранить в круговороте невозвращения, в толчее безликих…»

Из романа «Фигуры памяти» 


ДРУГИЕ ИСТОРИИ

 

Мои книги | Подписаться на новости | Поблагодарить
Поделиться:

1 комментарий

Диана
( 16 ) апреля 1797 года, в первый день Пасхи, состоялась коронация нового императора. Это было первое в истории Российской империи совместное коронование императора и императрицы. После вступления на престол Павел решительно приступил к ломке порядков, заведённых матерью. У современников осталось впечатление, что многие решения принимались «назло» её памяти. Питая глубокое отвращение к революционным идеям, Павел, к примеру, вернул свободу радикалам Радищеву, Новикову и Костюшко (всего 87 человек), а последнему даже разрешил выехать в Америку.

Добавить комментарий